Аналитика

Нижегородские власти не должны благодушно относиться к тому, что массовых выступлений нет

Нижегородские власти не должны благодушно относиться к тому, что массовых выступлений нет
Я не считаю, что Нижегородская область обладает некой спецификой по сравнению с другими регионами России, в частности, с регионами, входящими в Приволжский федеральный округ (ПФО). По сути дела, Нижегородская область имеет дело со всеми формами протеста, которые есть в России. Это и экономические формы протеста, связанные с опережением роста цен на продукты питания, товары и услуги по сравнению с доходами населения. Это и политические формы протесты, связанные с причинами политического характера как на федеральном уровне, так и на региональном.

Далее - протест правозащитный против злоупотреблений со стороны сил правопорядка. С этим в Нижегородской области, в Нижнем Новгороде есть серьезные проблемы, потому что известно несколько дел об издевательствах и пытках, совершенных полицейскими. Эти дела дошли до Страсбургского суда. Далее - это культурный фронт протеста, связанный с попытками защитить историко-культурное наследие. Для нас это актуально, прежде всего, в центральной части города, в связи со сносом ряда зданий, которые, по мнению властей, не обладают историко-культурным значением, а по мнению активной общественности, - как раз наоборот.

Также существует экологические формы протеста, связанные с вырубкой деревьев, даже попытками вырубить целые парки, например, парк "Дубки". Общественность активно поднялась против фактического уничтожения паркового массива под видом его благоустройства. Есть, конечно, специфическая молодежная форма протеста, которая находит выражение в акциях, проводимых 31 числа каждого месяца.

Есть проявления этнического или религиозного протеста, но для Нижегородской области и Нижнего Новгорода это не свойственно. Если в первой половине 2000-х годов Нижний Новгород входил в печальный список городов России, где наиболее часто совершались нападения на иностранцев, то во второй половине 2000-х годов Нижний Новгород в этом контексте упоминается крайне редко, если вообще упоминается.

Точно также и межнациональные и межконфессиональные трения для Нижнего Новгорода и Нижегородской области, в общем-то, не характерны. У нас три основные конфессии уживаются мирно, что отчасти можно считать заслугой властей, которые еще со времен Бориса Немцова уделяют важное внимание этому аспекту общественной жизни, я имею в виду религии и церкви. Поэтому проявления этнической агрессии у нас случаются разве что в День десантника или пограничника, когда имеет место нападение на представителей кавказских диаспор на рынках, и то здесь надо еще разбираться, что там было причиной - этническое столкновение или чисто бытовое хулиганство.

Кстати, из этого перечня вовсе не следует, что во всех этих случаях протесты ставят нижегородские власти по одну строну, а общественность по другую. Есть такие формы протестных действий, которые, как ни странно, объединяют власть и оппозицию, например, экологический протест против повышения уровня Чебоксарского водохранилища. В недопущении этого заинтересованы как нижегородские власти (губернатор активно высказывается по этому поводу), так и  местные экологи. Хотя, конечно, чаще всего власть и общество в этих протестных действиях находятся на разных сторонах, но это не значит, что между ними невозможно достичь договоренности. Собственно говоря, это есть единственный способ цивилизованного решения конфликтов, которые подвигают активную часть общества на протесты.

Например, конфликт, связанный с точечной застройкой в городе. Есть реальные конфликты между застройщиками и жильцами, особенно жильцами тех домов, которые считают что их права нарушаются, когда возводят рядом новые жилые здания. Этот конфликт в правовой сфере разрешить крайне сложно, потому что, как ни странно, у той и другой стороны своя правовая правда, и здесь власти нужно вести очень гибкую политику, побуждать обе стороны к поиску компромисса, потому что иначе город погрязнет в такого рода конфликтах. А обострение конфликта в условиях, когда наступает вторая волна финансового кризиса, никому не нужно.

Но конечно, далеко не все конфликты имеют своими причинами происходящее в Нижегородской области и Нижнем Новгороде. Понятно, что протесты против подсчета голосов на последних выборах в Госдуму адресовались в большей степени федеральным властям, чем региональным или местным властям. Протестные акции против несправедливых, несвободных выборов в большей степени адресовались Москве, Кремлю и конкретно первым лицам государства.

По большому счету причиной протестных действий должны быть причины экономического характера - недовольство людей своим материальным положением, отсутствием возможностей, характерных для современного общества, для молодежи - это неуверенность в завтрашнем дне, невозможность найти достаточно высоко оплачиваемую и интересную работу. Но акций, непосредственно вызванных экономическими причинами, очень мало, самая крупная на моей памяти была в начале 2005 года, когда люди в основном пожилого возраста, пенсионеры активно выступали против монетизации льгот. Тогда на улицы Нижнего Новгорода в общей сложности вышло 15 тыс. человек и тогда, кстати, Нижегородская область входила в тройку лидеров протестного движения по России, то есть количество участвующих в акциях у нас было очень высоким, мы уступали только Москве, Санкт-Петербургу и Волгоградской области.

Сейчас непосредственно экономические причины в протестных акциях встречаются крайне редко. Я не могу припомнить, когда у нас в последнее время забастовку устраивали врачи или учителя, которые были бы недовольны своей зарплатой. Хотя экономические причины - самые серьезные, но непосредственно не они выводят людей на улицы, а на улицы люди выходят, чтобы выразить свой протест по поводу политики, злоупотреблений на местах, например, та же вырубка деревьев или попытки вырубить целые парки. Но если людей не выводят на акции их экономические трудности, отсюда не следует, что этих трудностей вообще нет или они не столь значительны. Именно эти экономические трудности создают тот самый неблагоприятный фон, при котором малейший повод может послужить мощным детонатором для выплеска.

Что может быть этим поводом? Остается только гадать - либо какое-то очередное правонарушение, совершенное правоохранительными органами, либо, не дай бог, если какой-то из важных чиновников или его родственник устроит крупное ДТП, как это уже бывало в других городах России. То есть это может породить серьезную протестную волну. Мы живем в обществе, которое (если сравнить его с материалом) представляет собой достаточно горючее вещество, и если к этому горючему веществу поднести спичку или устроить целенаправленный взрыв, то никому мало не покажется. Поэтому власти не должны благодушно относиться к тому, что массовых выступлений нет, а значит и нет причин для этого. Нет, на самом деле ситуация меняется, напряжение в обществе нарастает. Не прорвет? Во многом зависит от повода. Так что к этому делу надо относиться серьезно, надо проводить круглые столы с участием экспертов, надо проводить разного рода исследования, в том числе социологические, измеряющие градус напряжения в обществе.

Студенческая молодежь в России активна скорее в сознании, чем в действии. В тех же западных странах, где гражданское общество более развито, чем в России, там наиболее активно в протестных действиях участвует все-таки не столько студенческая молодежь, сколько, как правило, молодые выходцы из других стран или дети таких выходцев, чье положение наиболее нестабильно.

Студенты это все-таки люди, которые имеют некую перспективу, они учатся, овладевают профессией и намерены в этой жизни состояться. А вот люди, которые не могут состояться, люди, которые лишены перспектив, они как раз наиболее склонны к активным протестным действиям, то есть это могут быть и студенты, если, например, студент 5 курса вдруг понимает, что устроиться, по большому счету, некуда, нет интересной и, тем более, высокооплачиваемой работы. Уехать за границу не может - недостаточно талантлив, иностранных языков не знает, и здесь у него тоже перспектив нет. Такие люди и являются наиболее активными участниками протестных акций, то есть люди, которым, по сути, терять нечего. Студенты, правда, далеко не самая обездоленная часть нашего общества, тем более многие студенты либо сами работают, либо находятся на содержании своих родителей. Поэтому я не стал бы выделять студенчество в качестве такого особого фактора протестных настроений. Даже во время митингов на Болотной площади и на площади Сахарове в Москве основной состав был вовсе не студенты, это были представители городского среднего слоя, люди, условно говоря, от 30 до 40 лет. Кстати, тоже тревожный симптом для власти. Если обеспеченные люди выходят на демонстрации, чтобы выразить свое политическое недовольство, власти это должно заставить задуматься, потому что именно эти люди со временем и будут определять настроения в обществе, этот средний класс будет увеличиваться.

У меня нет свежих данных о том, насколько активны протесты в Нижегородской области, но численное сравнение участников акций в последнее время, начиная с декабря 2011 года, условно говоря, по июль 2012 года показывает, что Нижний Новгород (я о Нижегородской области не говорю) не является лидером по числу политических протестов, по количеству выходящих на эти политические протесты. Это связано с относительной стабильностью, которая существует в Нижегородской  области по сравнению с другими регионами России, то есть у нас нет таких факторов, которые ударяют по престижу власти, как, например, события в Крымске ударили по престижу губернатора Краснодарского края Александра Ткачева, а с другой стороны не надо забывать менталитет нижегородцев. Нижегородцы - люди не склонные к авантюрным выходкам, это люди скорее консервативного склада, поэтому не нужно думать, что в этом плане мы какой-то яркий показатель наличия или отсутствия протеста в стране.

Нижегородская область относится к числу потенциально тревожных регионов. В нашем регионе можно выделить в качестве особо тревожного - город Дзержинск. Там политические страсти осенью могут вскипеть более серьезно, если депутатам Думы Дзержинска удастся довести дело до референдума о доверии действующему мэру Виктору Сопину, тем более учитывая депрессивный характер экономики Дзержинска и менталитет дзержинцев. Если брать Нижний Новгород и Нижегородскую область в целом, то мы занимаем среднее положение на карте протестной активности России, то есть мы не лидеры, но и не отстающие. Все те процессы, которые проходят по России, в целом, они получают отражение в Нижегородской области и Нижнем Новгороде, поэтому здесь есть, над чем работать властям. Отсутствие массовых протестов не должно вызывать впечатления, что у нас все замечательно, что в Багдаде, то есть в Нижнем Новгороде, все спокойно. На самом деле у нас много чего неспокойно, но это неспокойствие имеет отложенный характер, поэтому выходом является снятие очагов напряженности, решение конфликтов посредством вмешательства властей.

Все новости раздела «Аналитика»

Интервью
Аналитика
Комментарии
16 октября