Интервью

Самая большая проблема Белоруссии - не деньги, а нехватка людей (видео)

Самая большая проблема Белоруссии - не деньги, а нехватка людей (видео)

В октябре этого года в Минске прошла пресс-конференция Президента Республики Беларусь Александра Лукашенко для региональных СМИ из России. Подобное мероприятие проводилось уже в одиннадцатый раз, и многие из моих иногородних коллег были на такой пресс-конференции не впервые.


Эти акулы пера из Ставрополя, Липецка, Воронежа, Абакана, Орла и еще семи десятков городов России знали практически все: что в зале будет прохладно, что после пресс-конференции будут подарки "от Лукашенко" и прочее. Никто не мог сказать наперед только одного — в каком настроении будет Александр Григорьевич. Он, по словам моих коллег, может блистать. А может быть суров или сыпать терминами, которые пригодились бы "НТА-Приволжье" в ироничную рубрику "Цитаты". Я попыталась оценить Лукашенко, "доставшегося" 11 октября мне. Он разный. Бесспорно, что очень харизматичный и сильный духом, он достаточно бесстрашен и он... хороший пиарщик для своего государства.

Пресс-тур для региональных российских СМИ построили так, что три дня до ключевой пресс-конференции мы смотрели страну. В частности, Западную Белоруссию, Гродненскую область. Практически каждый из нас (а нас, российских журналистов, набралось на два железнодорожных вагона) все эти дни говорил принимающей стороне одну и ту же фразу: "Как у вас чисто!". Живя в России, в любом из ее городов, мы даже представить себе не можем, что бывает вот так чисто: на проселочных дорогах, городских улицах, на фермах, в агрогородках.

Второе, что мы успели понять, белорусы — настоящие труженики, они приучены работать, в стране высокий процент занятости населения, безделье порицается обществом.

Третье — это очень качественные мясные и молочные продукты. Журналисты (без всяких шуток) покупали домой вместо сувениров белорусскую колбасу. Потому что она... вся из мяса.

По всем этим причинам к моменту пресс-конференции уже был малоинтересен политический шум вокруг фигуры Лукашенко — было интересно как, каким образом из отсталой советской республики он создал суверенное государство. Каким образом Беларусь вышла на второе место по внешней торговле с Россией, с партнерами по СНГ, и на шестое – со всеми странами мира. Каким образом страна движется к созданию Евразийского экономического союза. А главное — почему женщины из Пскова и Новгорода ездят рожать... в белорусские клиники. Не в Лондон, а в Белоруссию.

За последние пять лет из России в Белоруссию на постоянное место жительства переселилось более 35 тысяч человек.

- Самая большая проблема, - сказал журналистам глава Республики Беларусь, - у нас даже не деньги, хотя с ними всегда есть проблема. Не деньги — люди. У нас, на нашу небольшую территорию (мы говорим "небольшая", потому что рядом гигант – Россия) не хватает как минимум столько людей, сколько у нас сегодня живет. Нам надо не 10 миллионов, нам надо 20 миллионов. И мы сможем их запросто прокормить. Вы только вдумайтесь: у нас больше 80 процентов сельхозпродукции экспортируется. Но надо иметь ввиду, что они же тоже будут работать, и еще больший объем продукции создавать. Поэтому у нас нет проблем. Я это говорю к тому, что, если русский человек, россиянин вообще, захочет к нам приехать из любого региона, милости просим, мы только это будем приветствовать.

Один из журналистов, попросив слово, стал рассказать Лукашенко о том, как после ужина, когда уже стемнело, ему захотелось походить по городу, посмотреть прекрасный Минск, но было легкое сомнение: вдруг пойду в чужой город, не дай Бог кто и "по балде даст"… И журналист с этими сомнениями обратился к женщинам, работниками гостиницы.

- Они говорят мне: "Да вы что (они несколько обиделись)?! Вы можете смело круглые сутки гулять, как по санаторию, по Минску, и Вам угрожает только одно – это "стрелы Амура", поскольку у нас очень симпатичные женщины". Александр Григорьевич, расскажите, пожалуйста, как вот это вам удается? И что в этом плане делаете Вы?

Лукашенко А.Г.: "Вы знаете, Вы, наверное, немножко, перехвалили нашу действительность. Но то, что в сравнении даже с нашими соседями здесь более спокойно, это да.

Я вам просто приведу один пример. Недавно, когда мы встречались в Сочи с Президентом России, я немного раньше выехал туда - на выходные. Нахожусь там, ну и мне докладывают сводки. С нами находился один такой добрый человек, которого я знаю давно, и родился он почти в одной деревне со мной, серьезный человек. Смотрю, сидит, нос повесивши. Спрашиваю: "В чем дело?" Ну, он мне начинает рассказывать: "Да вот, – говорит, – четверо в квартиру ворвались с оружием к сыну, связали, на пол положили, что-то из денег забрали". И так далее, и так далее. Притом, не в масках, а в открытую. Конечно, это уникальный случай, это редко бывает в Беларуси, но я сразу же позвонил Министру внутренних дел, говорю: "К моему приезду эти люди должны быть найдены". Это вопиющий факт! И вот на это надо реагировать публично и жесточайшим образом. Через четыре дня эти люди были найдены, хотя это было не так просто, притом найдены "в кабинете", есть ребята умные, они аналитически вычислили все, сопоставив некоторые факты и показания. Нашли. Ну, сейчас они ждут жесточайшего наказания. Жесточайшего! Примеров, к сожалению, немало. У нас транзитная страна, бандюг у нас была уйма. Самое главное – не прощать. И милиция, если она милиция, она должна свой хлеб, деньги, которые государство выделяет для них, оправдывать. Не прощать!"

В Белоруссии, по словам Лукашенко и его команды, невозможно, чтобы знакомые, родственники вмешивались в уголовные дела, кого-то выкупали, подкупали. Каждую неделю – сводка о происшествиях на столе у Президента, и он может взять под контроль любое дело.

- То есть, если есть факты, - сказал глава государства на пресс-конференции, - я ни в коем случае не должен это пропустить мимо ушей и не подумать: "Господи, я же Президент, разве это мои дела, есть там кому этим заниматься!" Тогда все подчиненные будут знать, что мало не покажется... Поэтому мы тут не прощаем. Мы не отменили смертную казнь. Я не считаю, что это хорошо, что у нас есть смертная казнь, но ведь не я виноват и не я причина тому, что она сохраняется, потому что есть в стране процессы такие, где нужно применять смертную казнь. Возьмите теракт в метро. В нашей-то стране, в Беларуси! Тоже ребята за трое суток вычислили и нашли. Какое террористы имеют право на жизнь, если они это делали умышленно и погибли люди в этом метро?! Поймите, бандит понимает только тогда, когда ты с ним разговариваешь на его языке. Но при этом ни в коем случае не надо зарываться. Если справедливо – поймут. Если нет – будет еще больший криминал, чем тот, который ты хочешь искоренить.

В день нашего приезда в Минск интернет пестрил сообщениями российских СМИ, что Лукашенко пообещал первому рожденному ребенку 10 тысяч долларов, следующему – увеличить еще сумму и т.д. Больше миллиарда долларов планируется потратить из бюджета на новую программу поддержки рождаемости. Вопрос журналистки на пресс-конференции в связи с этим звучал так:

- Вы не боитесь, что рожать начнут асоциальные элементы?

Лукашенко А.Г. "Боюсь. Я боюсь это по жизни. Потому что я от земли пришел, и у меня таких асоциальных элементов было море. И я вам могу привести конкретный пример. Пятеро детей. Практически нигде не работали, на то пособие жили, которое государство платит. Когда я пришел в дом к этой семье, работая руководителем на селе, а я, в общем-то, человек такой неспокойный всегда был, а дети – для меня это… Я прихожу в дом, никого дома нет, все настежь раскрыто, а зимой, и сидят детишки, в основном маленькие (двое больших, трое маленьких – картинка до сих пор перед глазами), и руками со сковородки соскребают какую-то лапшу, которую приготовили, наверное, три дня назад (она подгорела на сковородке, а они, эти детишки, есть нечего, они ручонками своими соскребают эти остатки, для того чтобы поесть). Мое было решение абсолютно незаконное, антизаконное и прочее – на территории хозяйства, где я работал, была введена жесточайшая дисциплина: проверены все семьи, прежде всего многодетные, неблагонадежные, они никогда не получали больше пособия. Я создал комиссию в хозяйстве во главе с главным экономистом, она собирала это пособие. Я посылал их в семью. Если завтра школа, то мы детей одевали полностью, покупали все, что необходимо. Но чтобы меня не обвинили, что я диктатор, и что я так поступил (нельзя было, это в конце советского периода нашего было), я дополнительно еще в два раза увеличивал эту сумму за счет прибыли хозяйства. Вот было, допустим, 300 долларов (если в доллары перевести), я еще 300 давал. И мы шли, одевали детей, кормили, в школе их кормили за эти деньги, а родителям мы эти деньги не давали. И мы их заставили работать – через милицию, через товарищеские суды и так далее, и тому подобное. У нас сегодня очень жестокое отношение к тем, кто рожает и детей смотрит не так, как надо. Каждая семья, в какой бы деревеньке она ни жила, не говоря о городе, многодетная или немногодетная неблагополучная семья, находится на учете. В органах власти и в милиции закреплен за каждой семьей какой-то человек. И не дай Бог, поступил сигнал (а они обследуют постоянно), мы видим, что эта семья не может вырастить нормального ребенка, мы немедленно забираем ребенка из семьи. Немедленно! Никакие суды здесь, вот уже честно вам признаюсь, никто не поможет, забираем. Но мы содержим этих детей не за счет государства, а за счет родителей, если они не работают – мы их на принудиловку отправляем. Больше 70 процентов расходы на содержание этих детей покрываются этими асоциальными пьяницами и бездельниками. Больше семидесяти, а было – ноль. Забрали, и за счет государства содержим. Поэтому очень жестокая здесь система. Тебя устраивают на работу, но, если ты не ходишь на работу, ты можешь оказаться за решеткой. Ты должен заработать деньги и отдать на содержание детей!

Есть и хорошие, очень много таких примеров, когда мы детей в семью возвращаем. Когда ну хоть, может, наполовину родители одумаются, и понимают, что, все-таки человеческое чувство есть, что ребенка своего потерял, что его нет, он где-то там, хотя бы между пьянками понимают. Есть люди, которые начинают это понимать. Возвращаем под жесткий контроль. Бывает и это.

Поэтому, конечно, я боюсь, что… Ну, давайте так, откровенно: все-таки большинство подавляющее в Беларуси многодетные семьи – это нормальные семьи. Есть и такие, о которых Вы говорите, асоциальные. Но ведь это проблема этой семьи, этих людей, но еще большая проблема и вина государства. Государство должно создавать такие условия, чтобы единичные были случаи вот этих асоциальных семей".

Все новости раздела «Интервью»

Аналитика
Интервью
Комментарии
20 Августа