Интервью

"Около 80% пропавших людей находятся за первые сутки"

"Около 80% пропавших людей находятся за первые сутки"
Руководитель поисково-спасательного отряда "Волонтер" в программе "Герои Волги" рассказал Руслану Станчеву о статистике исчезновений людей, факторах риска, навыках детской безопасности и "тревожном чемоданчике" каждого грибника.

Уже несколько лет вы проводите поиски, ищете взрослых, детей и пожилых людей. Наибольшее внимание общественности приковано к пропаже детей, и за последнее время, к сожалению, было несколько таких примеров. Сколько выездов в год вы совершаете?

В среднем отряд проводит 250-300 поисковых мероприятий в год, то есть, работает практически каждый день. При этом не все поисковые мероприятия связаны именно с выездами: есть удаленные, есть информационные.

Тем не менее, статистика печальна.

Из года в год люди пропадают примерно одинаково: их количество прямо пропорционально численности населения области. Влияют опасные факторы – лес, водоемы, колодцы, железная дорога. В год пропадают примерно 2,5-3 тысячи человек или примерно 10 в день, включая тех, у кого мобильный сел – в этом случае заявки тоже подают. Из этого количества 90% находятся живыми или погибшими, 10% остаются ненайденными.

Когда я вспоминаю свое детство, мне кажется, что в те времена было безопаснее: ключ на шею, вышел во двор и гуляй. Сейчас отпустить ребенка одного могут только безответственные родители. Стало больше автомобилей, больше подозрительных людей. На ваш взгляд, изменилось ли что-то с советских времен?

Я тоже своих детей одних не оставляю. Ситуация действительно сильно изменилась: информационный обмен вырос, есть люди, которые смотрят запрещенные видео, пытаются на этом заработать или научились требовать выкуп за детей. Плюс ко всему – бытовые опасности, свисающие провода, колодцы, лес, который не чистится, и в нем нет просек и квартальных столбов. В нашей области гораздо проще потеряться, сломать ногу или заблудиться в болоте, чем встретить какого-нибудь маньяка, хотя статистика по криминалу тоже есть.

Как уберечь детей, чтобы те не попали в сложные ситуации? Что им нужно сказать, чтобы быть услышанными?

Что-то одно не поможет. Во-первых, нужно использовать все, что касается современных девайсов – телефонов, смартчасов, GPS-трекеров и маячков. Второй момент – воспитание и обучение, где начинать нужно с себя. Родители сами должны знать, как ребенку вести себя при встрече с незнакомыми, в людном месте, в лесу и так далее. Педагогический подход никто не отменял: нужно рассказать, показать, научить, сделать вместе. И очень важна контрольная работа, чтобы проверить навыки ребенка: спрятаться за дерево, за витрину магазина, попросить товарища подойти к ребенку. Важно убедиться, что он освоил науку, и его можно отпускать одного. В нашем образовании мы привыкли учить детей в людном месте не кричать, не прыгать, вести себя скромно. Однако на самом деле ребенка также необходимо научить в определенных ситуациях падать на землю, брыкаться, кричать, громко плакать, кидать камнями в машину.

Есть какая-то визуализированная инструкция или памятка для родителей, с которой можно ознакомиться и взять ее на вооружение?

Их великое множество: они есть у нас на сайте, в соцсетях и на различных интернет-ресурсах. Информация о детской безопасности не является чем-то секретным: проведя несколько часов в интернете, любой педагог может составить программу занятий или методичку, но, пока проблема не коснется человека, он не обратит на нее внимание.

Как вести себя родителям, если, не дай бог, неприятности случились?

Перестраховка поощряется. Не надо стесняться звонить в полицию, друзьям, знакомым, волонтерам. Часто бывает, что ребенок просто в гостях, и там не знают, что его ищут. Был пример, когда бабушке с больным сердцем не стали говорить, что девочка пропала, а внучка как раз все это время у нее сидела.

Осень – пора грибников. Среди них много пожилых людей, которые порой уходят в лес и из него не возвращаются. Что нужно иметь с собой в лесу, чтобы не потеряться и выжить?

Любому, кто идет в лес, пусть даже просто на шашлыки, нужно иметь "тревожный набор", рассчитанный на сутки или двое. Необходим заряженный телефон и запасная батарея, зажигалка и спички в герметичной упаковке, легкий дождевик на случай сырой погоды и необходимости собрать воду. Если есть лекарства периодического потребления, нужно взять запас на два-три дня. Нож обычно у грибников бывает, но я рекомендую привязать его на веревку. Полезен свисток, потому что голос садится, и долго кричать сложно. Маленький фонарик брать тоже обязательно. Собираясь в лес, человек такого набора обычно не имеет – ограничивается сладким батончиком и бутылкой воды. Лучше немного потратиться и собрать его, чтобы всегда быть на готове. Кроме того, очень важна яркая одежда. Когда мы идем за грибами в комуфляже и без телефона, это практически самоубийство.

И есть еще два важных подготовительных этапа перед поездкой. Во-первых, необходимо изучить карту района: например, с какой стороны находится дорога, с какой – река, и так далее. Во-вторых, расскажите родственникам, когда и в какой район вы идете, в какое болото и за какими ягодами, когда собираетесь вернуться. Именно там вас и будут искать.

Насколько мне известно, отношения с МЧС у вас не всегда были системными, но сейчас, судя по сообщениям в СМИ, ваша работа сейчас скоординирована. Сегодня лучше, чем всегда, но еще есть над чем работать. Как ваша интенсивная работа влияет на деятельность отряда? Людей и оборудования хватает?

Людей никогда не хватает. Простой пример: чтобы прочесать километр, нужно 100 человек, поскольку расстояние между членами поисковой группы не должно превышать 10 метров. Сейчас у нас район поиска – 900 квадратных километров. Таких ресурсов нет ни у одной организации у нас в стране и в мире.

Получается, вам требуется больше времени, а если теряется время – теряется надежда.

Первые сутки – самые важные: за это время находятся примерно 80% пропавших, за вторые и третьи – 50 и меньше. Если человек остался жив, он уходит за периметр на 20-30 километров, и там его вообще не найти.

Кто те волонтеры, которые работают в вашем отряде?

Я бы сказал, что нет никаких волонтеров, а есть жители города и области. Мы с вами – это и есть отряд. Если люди приехали, значит, есть ресурсы, никто не приехал – никого нет. Нет никакого дежурного отряда, который придет и всех отыщет, обучит и обеспечит.

Насколько я понимаю, социальные сети способствую тому, чтобы информация распространялась быстро, и вовлеченных людей становилось больше. Я вижу высокий интерес и желание помочь. По крайней мере, на словах это так. Как на деле?

У нас больше 35 тыс. подписчиков, и это работа не одного дня, а нескольких лет. Эти люди делают репосты, оповещают население Нижегородской области, затем всю эту информацию подхватывают СМИ, и в результате по нарастающей о случившемся узнает большое число людей.

Какова мотивация граждан к участию в поисковых мероприятиях? Быть нужными, познакомиться с новыми людьми, сыграть в "зарницу"?

Абсолютно любая: встреча с природой, знание навигации, картографии, первой медицинской помощи, навыки выживания, отличная компания людей самых разных возрастов и профессий и, конечно, спасение жизни человека.

Все новости раздела «Интервью»

Аналитика
Интервью
Рейтинги
15 Октября