Реклама
Интервью

На "горячей линии" волонтёрского центра работают 48 человек из ТЮЗа

На "горячей линии" волонтёрского центра работают 48 человек из ТЮЗа

Депутат Думы Нижнего Новгорода, директор нижегородского ТЮЗа Инна Ванькина в программе "Герои Волги" рассказала Евгении Орловой о том, как театр перешел в онлайн и что интересного дали эти изменения, как актеры пережили период работы на "горячей линии" и какие премьеры готовятся к выходу из самризоляции

Мой первый вопрос связан с прошедшими праймериз "Единой России" по выдвижению кандидатов в Гордуму. Как вы оцениваете их итоги?

Для меня предварительное голосование прошло удачно, хотя и напряженно — все-таки в электронной форме праймериз проводились впервые. За свой результат я очень благодарна своим избирателям, которые зарегистрировались на сайте "Единой России" и отдали свой голос за меня.

На ваш взгляд, это свидетельствует о том, что, как депутат, вы все делаете правильно?

Во всяком случае, я на это надеюсь.

Хотелось бы еще поговорить о работе вашего волонтерского центра в Канавинском районе. На фотографиях из соцсетей видно, что волонтеры действительно работают с самоотдачей и что людям приятно их внимание. Расскажите о внутренней "кухне" центра — кто ваши подопечные, и как обратиться за помощью?

Способов обратиться к нам существует несколько. Первый и самый простой — позвонить по телефону: реклама нашего центра вместе со всей контактной информацией размещена в лифтах домов. Сделать это может каждый, поскольку в условиях самоизоляции даже те, кто раньше не нуждался в помощи, могут оказаться в сложной ситуации.

Вторая категория граждан, с которой мы работаем — это семьи, которые находятся на учете в управлении социальной защиты. Кроме того, сейчас мы также поддерживаем семьи, которые находятся на учете в комиссии по делам несовершеннолетних. Эти граждане находились в непростом положении и до самоизоляции, а сейчас их положение еще больше усугубилось.

Какую конкретно помощь вы оказываете?

Волонтеры занимаются доставкой — это актуально, например, для тех, кто контактировал с пациентами с COVID-19 и не может выходить из дома. Доставляют продукты, лекарства, один раз даже перевозили кота.

Достаточно ли у вас волонтеров для того, чтобы полностью удовлетворить спрос на эти услуги?

Существующий спрос мы покрываем. Все-таки, большая часть людей привыкла справляться с проблемами самостоятельно. Конечно, есть и жалобщики, и те, кто в помощи объективно нуждается, но их немного, и мы всех знаем поименно. Они обращаются к нам практически каждый день, и мы им помогаем, но, конечно, "дозируем" свое внимание.

Кроме того, люди, которые к нам обращаются, в массе своей все-таки умеют ждать — они понимают, что мы не врачи скорой помощи и не можем приехать через 15 минут после звонка. Все заявки мы стараемся отрабатывать в течение суток.

Вы много общаетесь с волонтерами. Можете ли вы ответить на вопрос почему люди начинают помогать другим, тратить на это свое время, притом делая это совершенно бесплатно?

Для себя я выделила две группы людей, которые становятся волонтерами. Первые — это те, кому не все равно, причем всегда и в любой ситуации. Они могут пойти искать человека в лес, привезти продукты, перевезти мебель и так далее — просто не представляют, как можно не помогать другим.

Есть еще и те, которым интересно попробовать, потому что это становится модно. Их гораздо меньше, но такие тоже есть. При этом, по моим наблюдениям, к исполнению поручений они подходят не менее качественно.

Самое важное в этой работе — обучить человека, и в первую очередь — вопросам безопасности. Мы учим тому, как волонтер должен выглядеть, как должен передавать вещи, как брать деньги и отчитываться за них. Эта целая процедура, без знания которой приступать к работе нельзя — все-таки, сейчас волонтеры находятся в группе риска.

То есть, это не просто развлечение — нужно учиться и серьезно к этому готовиться?

Именно так. Обучение проходит недолго, но это важный этап.

Сейчас много волонтерских и добровольческих организаций, которые занимаются примерно одним и тем же. Как организовано взаимодействие между ними? Не мешают ли волонтеры из разных организаций друг другу?

Работу волонтеров координируют и контролируют специалисты управления социальной защиты. Наш волонтерский центр посылает в управление запрос и получает информацию о том, когда ту или иную семью навещали в последний раз. Слава богу, в управлении работу выполняют качественно, поэтому мы не путаемся.

Более того, наш проект "Время помогать" охватывал всю Нижегородскую область, и для меня было важно посмотреть как организована работа в других городах и районах. Меня приятно удивил мой родной Дзержинск, где комиссия по делам несовершеннолетних оказалась крайне профессиональной. Они знают, в чем нуждаются семьи, искренне сочувствуют им и оказывают реальную помощь. Помню, мы приехали по одному из адресов и не смогли достучаться в квартиру. Уже решили вернуться в Нижний и на полпути позвонили в комиссию — а там нас очень попросили вернуться обратно, объяснив, что в этой семье за детьми смотрит только отец, и тот продуктовый набор, который мы везли, был им крайне нужен. Слава богу, когда мы вернулись, все уже были дома, и мы смогли передать продукты.

Насколько я знаю, актеры Театра юного зрителя, которым вы руководите, тоже активно включились в волонтерскую работу — они отвечают на звонки по телефону "112". Как представители творческой профессии восприняли работу в новых условиях? Понятно, что все актеры — люди инициативные, но переформатироваться для них, наверное, было непросто?

Конечно, это было непростое решение, и не совсем инициатива актеров. Работать в колл-центре они стали по распоряжению областного министерства культуры, также  и сотрудники музеев и кинотеатров. Я благодарна коллективу ТЮЗа, в котором начала работать совсем недавно — рассчитывать на понимание и отклик я, как новый руководитель, не могла, но у нас все получилось. Сейчас на "горячей линии" работают 48 человек из театра— актеры в начале июня ушли в отпуск, а прочие сотрудники продолжают сидеть на телефоне с шести утра и до восьми вечера.

Что они говорят об этой работе, каковы их ощущения?

Первый этап был довольно сложным — один из актеров описывал мне, как люди на этой линии жалуются на самоизоляцию, просят помочь им, говорят, что у них нет ни компьютеров, ни интернета. Все эти жалобы они воспринимали очень остро, как что-то личное. Приходилось объяснять, что наша задача состоит только в том, чтобы информировать людей о правилах режима и помогать им в оформлении разрешений на выход из дома — но мы не можем решать их проблемы.

Впрочем, поскольку сотрудники театра по роду своей деятельности ориентированы на зрителя и очень коммуникабельны, они начали дружить между собой на новой работе и давать друг другу совета. Сейчас все сложности остались в прошлом, и все перешло в штатный режим.

В период вынужденной приостановки Нижегородский ТЮЗ запустил несколько онлайн-проектов — мне, например, очень понравился мастер-класс по театральному гриму. Какой из проектов больше всего по душе вам?

Я не могу выделить что-то отдельно, поскольку все работы вызывают определенный отклик. Был проект с песнями о войне, одну из которых исполнила я. Интересным опытом стала читка пьес, которую наши актеры проводили вместе с актерами Челябинского Молодежного театра. Кроме того, мы выиграли грант и провели на него онлайн-семинар с участием известного театрального критика Павла Руднева — для меня лично это мероприятие было очень полезным, и, слушая эксперта, я понимала, что правильно мыслю сама.

Очень много позитивных откликов собрали аудиосказки, прочитанные нашими актерами — нас часто благодарят родители, которые ставят эти сказки детям на ночь, и просят записывать еще. Наконец, мы смогли поделиться видеозаписью прекрасного вечера памяти легендарного театрального режиссера Бориса Наравцевича, который провели в прошлом году. Но, конечно же, режим онлайн не до конца передает атмосферу на сцене.

Вы планируете оставить эти записи в доступе после выхода из самоизоляции?

Конечно, мы оставим их все. Как было сказано в "Маленьком принце": "Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил". Мы видим интерес к нашим онлайн-проектам, видим, как растет число наших подписчиков, и не собираемся терять этот новый канал общения со зрителями.

Хочу задать еще один личный вопрос. Вы возглавили ТЮЗ в январе и наверняка пришли туда с новыми идеями и планами, которым помешали внешние обстоятельства. Сложно ли вам было приспособиться к новым условиям?

Безусловно, для меня это был шок. Каждый день, каждая попытка сделать что-то новое сейчас — это как прогулка по минному полю. Но если есть отклик, значит, мы все делаем правильно. Мы понимаем, что театру нужен новый подход, и продолжаем готовить две премьеры — например, спектакль "Прощай, конферансье!" по пьесе Григория Горина должен был впервые состояться 6 мая. До этого постановки на тему войны в ТЮЗе не делали 15 лет, и мы обязательно представим эту работу, как только будут сняты ограничения. Мы хотим видеть наших зрителей — неважно, сможем ли мы их рассадить в шахматном порядке или каком-то другом. И мы знаем, что нижегородцы тоже истосковались по культурным событиям.

Вторая премьера, которую мы готовим — это комедийный вечерний спектакль "День отдыха" по пьесе Валентина Катаева, рассчитанный на взрослую аудиторию. Этим спектаклем мы тоже хотели порадовать зрителей в мае, но теперь сделаем это уже осенью. Ну и конечно, мы по традиции планируем новогодние представления — лучшая елка должна быть в Театре юного зрителя.

Все новости раздела «Интервью»

Аналитика
Реклама
Интервью
Реклама
Комментарии
Реклама
07 Июля 111